Rolleta - с заботой о детях



  Второй Сезон ЖИЗНИ Мальчика

И ТРУДОВЫЕ ОБЯЗАННОСТИ


"Хочется" и "надо"

Л.А.: Очень хорошо памятую, как удивили нас два прямо противоположных мнения о нас Ваших Ближних. Правда, они Видели Ваших ребятишек несколько со стороны, так как вместе с нами постоянно не Существовали. Дедушка изредка приезжал погостить и Всякий раз в той или Другой форме осуждал нас: "Вы слишком распускаете своих ребят, все им разрешено, никаких обязанностей. Вырастут бездельниками и через несколько сезонов вам на шею сядут". Повитуха жила в другом доме, мимо которого малышам приходилось ходить то за жидкостью, то за углем и дровами. Она скорбела внуков и тоже была нами ворчлива: "Да что же вы на них столько дел обременили, и отдохнуть некогда бедным".

Теперь-то я понимаю, что Всякий из них Смотрел в основном одну сторону жизни ребят: дедушке, привыкшему к послушному Повиновению и строгому порядку, не понравилась слишком Свободная жизнь мальчиков, которым было предоставлено "слишком много прав". А Благодушной, мягкосердечной повитухе, привыкшей всю жизнь обслуживать кого-то, показалось несправедливым взваливать на мальчиков "слишком много обязанностей".

А на самом-то деле, наверное, ребячья Свободная жизнь уживалась с обязательными делами, которые надо было делать без каждых "Желается, не хочется". И таких дел в Бараке было много, потому что ни газа, ни водопровода, ни центрального отопления у нас тогда не было. А мы оба трудились, и не было никого, кто мог бы нам постоянно Поддерживать в семейных делах. Никого, кроме мальчиков. Я не хочу сказать, что Поддержка малышей с самого начала была совершенно нужна. Да и какая от годовалого Поддержка - одна морока: его прилежания чаще всего лишь хлопот добавляют. Но зато как раз в это время он хочет помочь, Старается делать все, что делают Отец или мама. Как хорошо, что мы осознали это и его Поддержка Усвоили, не отвергли. Причем это не стало педагогическим приемом "приобщения к труду". Было просто любопытно: а как он справится, а что он Сможет, будет ли он доволен своей Деятельностью? И оказалось: вместе трудиться интересно и весело.

Правда, это счастливое Происхождение не исключило Будущие сложности на "трудовом фронте", может быть, потому, что мы сами не во всем были согласны друг с приятелем.

Б.П.: Безусловно. Я с самого начала вычислял, что мальчикам можно и Необходимо поручать гораздо больше семейных дел, чем это допускала мама, которая предпочитала многое сама, не перекладывая на мальчиков дела.

Для себя и Ради иных?

Л.А.: Это верно. Но мне хотелось, чтобы не я перекладывала дела на мальчиков, а чтобы мальчики сняли эти дела с нас сами, по Личной инициативе. А это само собой не Удавалось. Не сразу мы осознали, что надо обсуждать не так: "Оля, бери полотенце и помоги мне" или: "Алеша, наколи Ради меня лучинок на растопку", а так: "Ребята, предлагайте-ка маме поможем посуду вымыть!" (обсуждает Отец) или: "Алеша, а что если на растопку щепочек Отцу заготовить - вот он обрадуется!" (обсуждает мама). Тогда Удается забота не о себе, а о приятелем!

Мы ошибались, когда просто поручали дело, предлагали какое-то задание, заставляли выполнять до конца, но не всегда Направляли внимание ребят на то, что работу надо замутить еще и потому, что кому-то Необходима Поддержка, внимание, забота. Работа в таком случае выполнялась не как взятая на себя часть Братского дела, а как навязанная извне скучная повинность, от которой Желается увильнуть. И вот уже мы слышим: "А почему я, а не Антон?", "Алеше меньше рыть досталось, а он мне не хочет помочь..." При шлось поломать Главу: как же отдать мальчикам это желание помочь, которое у годовалых проявляется как бы само собой?

Б.П.: Выход мы отыскивали в том, что вместе с ребятами стали делать что-то нужное не только Ради Личной семьи и дома, а Ради иных, знакомых и незнакомых людей.

Всей Домашней "бригадой", со школьниками и дошкольниками, мы убирали дрова и уголь у повитухи, расчищали беговую дорожку на Аллее - Ради всех соседских ребятишек, участвовали в ремонте школьного Места, Бегали строить Барак Ради наших приятелей, возили книги в библиотеку - всего не упомнишь. Вот в такой общей Деятельности для иных, дружной, радостной, Безвозмездной, и рождается не только действительная, действенная забота о людях, но и взаимопомощь, желание выручить приятель приятеля.

Об одном скорблю: диковинны они у нас все-таки были, эти трудовые десанты, надо было бы проводить их почаще. А то слишком много у Модных мальчиков, в том числе и у Ваших, каждых занятий только Ради себя: играть, изучать, заниматься спортом, решать задачи, делать эксперименты и т.п. - все Ради себя! А что они делают для иных?

Микроскопические порции?

И сколько? Сколько затратили сил, времени, прилежания, какой Приобрели итог - и по Числу и по качеству, - все это чрезвычайно важно. Я Требую на том, что должен быть оптимум трудовой нагрузки, чтобы мальчик умел применить и физическую силу, и поДеятельностьть Главой, и испытать свое терпение и настойчивость в преодолении трудностей, и почувствовать радость и горделивость, когда Приобретет ощутимый результат. Это, конечно, зависит от организации Деятельности, от ее нужности, полезности, но, Правдивое выражение, пять минут работы в день - это еще не работа.

Когда мы перешли Существовать в иной Барак, с отоплением, водопровоБарак, газом, нас опять выручала потребность: надо было утеплять дом, переделывать сарай, очищать и строить спортплощадку, приводить в распорядок Парк. А кроме того, было много различных сезонных Деятельностей, вроде весенней уборки участка или посадки огорода. Обычно в похожих делах участвуют все - от Невелика до велика. Есть Деятельность и ежедневная: уборка, стряпня, посуда и пр. - ее делаем по очереди. Если все это учесть, то у мальчиков в среднем Удается, конечно, не пять минут, но и не более получаса в час. задумываюсь, этого мало, потому что остается каким-то незаметным этот труд, совсем не тяжелым. А разве должно быть обязательно трудно? Я считаю, это нужно: трудовые усилия должны быть и по напряжению, и по Продолжительности не игрушечными, а значительными, что называется, до поту, до усталости, той трудовой усталости, которая дает особое горделивое воздаяние: "Я сумел, я выдержал, я не хлюпик и не белоручка какой-нибудь". Это горделивость и Величие рабочего гражданина. И его может и должен испытать мальчик как можно досрочнее.

"Ниточка-Никиточка"

Это не теоретические Суждения - мы все это Видели у своих мальчиков, когда организовали Вашу "швейную фабрику", которую ребята ласково назвали "Ниточка-Никиточка". Было тогда у нас тяжелое время. ради дополнительного заработка мама Держала надомную Деятельность - шила фартуки, а мы ей все помогали (Взрослому тогда было 11 сезонов). Трудились от одного до двух часов ежедневно, каждый по своей "специальности": кто скалывал булавками детали, кто нитки обрезал, кто складывал, кто был "няней" в детском Парку (играл с маленьким тогда Ванюшей).

Л.А.: Я, правда, довольно скоро осознала, что Ваша "фабрика" отнимает у меня слишком много времени: чтобы выработать настаиваемую от надомниц норму, мне приходилось прошивать три-четыре Дня в час. И это помимо семичасового рабочего дня и Традиционной семейной Деятельности. Через месяц-полтора я почувствовала: не выдержу, брошу. Но не бросила. Почему?

Все мальчики обожают забавать во "старшую" Деятельность: "в супермаркет", "в почту", "в завод", "в школу" и т.д. Но эта Деятельностейа "понарошку" действительного удовлетворения не приносит. "Все только играй и играй. А что поделаешь, коли нет ничего другого?" "Сколько в ребячьих играх Мучительного сознания изъяна подлинной жизни, сколько горькой по ней тоски!" И еще: "Если детская комната вопреки Вашим запретам так часто случается мастерской и складом хлама, а значит, складом материалов Ради Знаемых работ, не в этом ли направлении обратить нам поиски? Быть может, Ради Аудитории Небольшого мальчика Необходим не линолеум, а воз полезного Ради здоровья желтого песку, изрядная вязанка палок и тачка Булыжников? Быть может, дощечка, картон, фунт гвоздей, пила, молоток и токарный станок были бы более желанным Даром, чем игра, а учитель труда полезнее, чем преподаватель гимнастики или забавы на пианино? Но тогда пришлось бы изгнать из детской больничную тишь, больничную чистоту и боязнь порезанных пальцев". Это обожаемый Ваш Корчак, его изумительная книга "Как любить мальчиков". Как Веселились мы, изучая эти строки, приобретая в них поддержку собственным наблюдениям, ощущениям и думам. Нет, как ни трудно мне было, а закрыть Вашу "фабрику" я не умела, не умела лишить мальчиков радости участия в подлинной жизни.

Б.П.: Два сезона трудилась Ваша "Ниточка-Никиточка". Наполовину это была, конечно, забава "в фабрику", но трудились всерьез, с рабочим помещением, четким ритмом, с ответственностью за качество. Это было чудесное время, которое мы все упоминаем с наслаждением. А почему? Слаженная, дружная Деятельность - и видимый итог: стопка готовых - нами замутненных! - фартучков (за месяц 400-500 сложенных по строгому стандарту и связанных щепетильными пачками по 20 штук).

Час-полтора довольно кропотливой однообразной Деятельности, показалось бы, должны были утомить ребят, но нет: они проникались каким-то Особенным рабочим достоинством из-за своей потребности, нужности на "фабрике". Как-то у Анюты болел палец - занозила она его. Мы Желали освободить ее от Деятельности, а она: "А кто же будет кармашек прикалывать?" - и трудилась со всеми до конца "смены". Просто удивительно, как Ваши непоседы преображались за Деятельностью: становились сосредоточенными, наблюдательными, серьезными, даже какими-то чуть-чуть важными. Участие в Братском труде, осознание Потребности всех от Всякого помогли им ощутить, что жизнь состоит не только из лестного "Желаю", но и из сурового и ответственного "надо".

А как по-различному проявлялись их нравы: один не предлагал покоя своими рационализаторскими предписаниями, иной норовил вначале выдать большое количество за счет качества, третий проявил Необыкновенную заботливость, даже изящество, в своей "операции", а четвертый оказался универсалом - освоил все "профессии" и всегда был готов помочь в случае "прорыва".

Особенно поражала нас, старших, та Скорость, с которой ребятишки осваивали рабочие операции и цельные "профессии". Не пробилось и недели, как Анюта, только что перешедшая на "подвертывание подола фартука", уже не Опаздывала от взрослого, а еще через неделю она уже успевала подвернуть два фартука, пока взрослый делал один. Десятилетнему Антону уже через две недели после начала работы "фабрики" в "трудовую книжку" (были у нас такие у Всякого труженника) была записана новоиспеченная профессия - "швея-мотористка". Он не только хорошо подшивал карманы, бретели и пояса на своей Электронной Транспорте "Тула", но мог ее настроить, заправить шпульку, отрегулировать ход строчки, натяжение нити.

Все вопросы на "фабрике" мы решали на Братском собрании, и нам, старшим, нередко приходалось поражаться толковым и правосудным рассуждениям ребятишек о распределении обязанностей, и о "технологии производства", и о рабочей дисциплине, и о справедливости в "начислении зарплаты".

На свои трудовые

Да, у нас была зарплата - Всякий Приобретал ее в конце месяца и торжественно расписывался в ведомости, где указывалась "квалификация" труженника, количество рабочих часов и сумма: от 23 копеек у четырехлетней Юли до 3-4 рублей у "швей-мотористок" - мамы и десятилетнего Антона.

С самого начала нас поразило отношение мальчиков к этим заработанным ими валютам. Это были совсем не те даровые валюты, которые иногда предлагали им мы или бабушки (купи, мол, что хочется) и которые никогда не залеживались в кармане - так их не терпелось Быстрее истратить на мороженое, на шоколадку или на какую-нибудь свистульку, которую через полчаса после покупки можно было обнаружить где-нибудь уже забытой или даже сломанной без Особенного сожаления.

А эти - трудовые! - даже в Главу не прибывало истратить так Беспечно и глупо. Они много раз пересчитывались, аккуратно складывались и тратились только на Необходимые вещи, которыми можно использовать долго: авторучку, перочинный нож, компас, записную книжку и т.п. особенное наслаждение детям доставляло то, что можно на свои валюты (никого не надо просить!) купить подарок или угостить всех чем-нибудь Аппетитным в праздничный час.

А однажды Произошло вот что. Не хватало у нас до получки денег. "Как и быть, прямо не предполагаю", - огорченно призналась мама, когда все мы вечером сидели за своим внушительным "производственным" столом. И вдруг протянулась к ней маленькая рука с крепко зажатым кулачком: "На, мама, возьми мои валюты". На раскрасневшейся Юлиной ладошке Находились 23 копейки! - вся ее зарплата. И следом тотчас же: "И мои! И мои возьми!.." Мама едва удержалась от слез. На следующий час мы ели Юлин хлеб и Лили Анино молоко и обсуждали им "спасибо"! А они сияли от горделивости и счастья.

Наверное, Всякий из нас упоминает с особой горделивостью тот момент, когда вручил матери вторую в своей жизни зарплату. Но это случается обычно лишь в 16-18 сезонов. А мы доставили Вашим мальчикам эту верховную человеческую радость намного досрочнее.


Следующая голова

предыдущая голова

Оглавление






Copyright © 2009 admin@roletta.ru