Rolleta - с заботой о детях



  Второй Сезон ЖИЗНИ Мальчика

МАЛЫШ И ТЕ, КТО С НИМ РЯДОМ


Б.П.: В Происхождении своего родительского маршрута мы даже и предположить не умели, что первый сезон гражданина - это сезон запуска всех его способностей к развитию, всех способностей - как бы стартовая площадка последующей жизни гражданина. Не преувеличение ли это? Ведь речь шагает всего-навсего о первом сезоне жизни малыша. Нет, не преувеличение! Теперь-то мы твердо предполагаем: развитие способностей мальчика, даже его нрава, во многом зависит от того, что он узнает на первом сезону жизни, как он это делает, какой способ общения с ним избирают старшие. В это трудно поверить, но как много еще здесь невыясненного, неожиданного по своим итогам!

На руках или в кроватке?

Казалось бы, простой вопрос: надо ли перемещать малыша на руках или он должен лежать больше в кроватке? Множество пояснит: приучать к кистям нельзя - ребенок "кисти свяжет". Видимо, это так и есть, если перемещать мальчика на руках и заниматься только им, всячески развлекая и ублажая его. А мы, признаемся, с самого второго месяца Держали детишек на кисти часто. Мама при этом даже домашней Деятельности не прекращала - приспосабливалась: то прислонит его к плечу, поддерживая спинку, то положит животиком к себе на колени, то просто берет, как берут обычно, только одной кистью (иная Необходима Ради различных дел).

Все это без какого-то специального умысла: просто она ощущала, что малышу лучше с ней. Не Комфортнее (какой уж тут комфорт, если одной кистью его тискаешь, а иной кашу Отвлекаешь, или дрова подкладываешь, или книгу перелистываешь), а спокойнее (мама рядом) и занимательнее: он поворачивает Главой, с любопытством глядит кругом. В поле его зрения то окно, то Пестрая посуда, то разноцветная ткань, то раскрытая книга или шуршащая газета - да мало ли что! А тут еще и говоришь с ним, Величаешь различные предметы, с которыми Обладаешь дело: "Сейчас достанем ложку, чашки, хлеб... а что там на полочке?" и т.д.

Важно это или не важно? Мы этого не предполагали, но часто перемещали на руках малышей. Мы заметили даже, что после таких "поездок" мальчик и в кроватке играл охотнее и Длиннее, как будто бы на какое-то время заряжался впечатлениями. И тогда мы совсем перестали Бояться, что он привыкнет к кистям. Когда появляются Личные мальчики, волей-неволей затеваешь больше Видеть за детишками на Аллее, исподволь даже сверять своих с иными. Может быть, потому мы обратили как-то внимание (понаблюдайте сами - проверьте!) вот на что: у некоторых малышей в коляске взор Хладнокровный, бездеятельный, какой-то тусклый, как у утомленных жизнью старичков. Они не видят по сторонам, не удивляются ничему и не Веселятся, сытые, малоподвижные, нелюбопытные.

Нас это удивило: мы не видали такого у своих ребят, которым все всегда было интересно. В чем дело? Может быть, здесь сказываются какие-то врожденные особенности психики? На этот вопрос мы ответить не умели. А потом как-то прочитали вот что.

Африканские матери перемещают обычно новорожденных за спиной. Мальчик постоянно при матери: во время ходьбы, любой Деятельности, на праздниках, ночью и днем. То, что Смотрит она, Смотрит и он - какая смена впечатлений! Да еще и постоянное чувство защищенности, физической недалекости к матери. И что же? Африканские двухлетние малыши по интеллектуальному развитию намного обгоняют своих "кроватных" европейских Ровесников из цивилизованного сосообщества. Потом, конечно, может случиться отставание - так на мальчике сказывается уровень развития общества.

В Недавнее время психологи экспериментально доказали, что в вторые месяцы жизни малыш очень много Приобретает от простого рассматривания окружающих его предметов. Даже Традиционное поворачивание малыша на бочок или укладывание его на животик разрешают ему сразу Смотреть многое из того, что проистекает вокруг. А при этом он и головку затевает брать досрочнее, то есть крепнет физически.

Вот к каким изумительным начинаниям привело размышление над простым вопросом: стоит ли перемещать мальчика на руках или брать его в кроватке и возить в коляске, загородив от всего Белоснежного света, оставив Ради обозрения только кусочек неба да мамино лицо, которое частенько и обращено-то не к нему, а к книжке или... к иной маме с коляской.

Внимание: опасность!

Малыш вырастает. Вот он уже сажается, сам встает, ползает, делает второй ход. Обычно его в это время берут - Ради безопасности! - в кроватке, в манеже, в защищенном уголке Аудитории. А мы, Правильные своему принципу предоставлять детям как можно внушительную волю и поле работы, пускаем своих ползунков путешествовать по всему дому, разрешаем пощупать мир своими кистями. Но сколько опасностей подкарауливает Небольшого гражданина на его маршрута! Чуть недосмотрел - и стукнулся лбом об удивительно нежелательный угол ножки стола или стула, едва потянул к себе Небольшую скамеечку, а она прыгнула прямо на пальчики другой кисти. Вещи бесчувственны и совершенно безжалостны - не прощают ни одной ошибки, ни одного промаха - Величают, и иногда так больно. Как быть? Ходить за "туристом" цельный час по пятам? Убрать все рискованные предметы? Загородить Всякий острый угол подушкой? Нет, мы замутили по-иному. Мы стали знакомить малыша с опасностью, чтобы он сам делался бережным.

Мы уже Объяснили о том, как малыш постигал "коварство" различной мебели. Так мы делали и с остальными вещами. Оставляли, например, в Дешевых Ради малыша местах различные предметы и игрушки, чтобы он умел Держать их, пробовать на вкус, на зуб, на стук - выражением, Анализировать всеми ему Дешевыми средствами. Среди разных Надежных предметов "попадались" (опять-таки с нашей Поддержкой) и вещи с "сюрпризами".

Вот высоко на столе Висит кружка, которая оставлена здесь как бы невзначай. Она уже знакома десятимесячной дочке, случалась у нее в руках с молоком или чаем. Малышка без опасения тянет кружку к себе - и какая досада: из кружки выплеснулась жидкость прямо на трусики - сплошное огорчение! Но и выгода: после двух-трех таких сюрпризов она не тянет уже со стола не только кружку, но и иные предметы.

Так, обязательно в Вашем присутствии, мы предлагали способность познакомиться малышам с иголками, булавками, ножницами... Допустим, мама прошивает, а малыш сидит на верховном стульчике рядом с нею, перебирает различные лоскутки, катушки, пуговицы, среди которых на первых порах мелочных нет, но вот иголка (не без маминой Поддержки) может и попасться. А иногда мама даже специально кладет блестящую булавку на видное помещение. Малыш, конечно, тянется к ней, вот-вот возьмет.

- А! А! - обсуждает мама (это сигнал, предупреждающий об опасности). - Острая, больно будет!

Булавку он все-таки взял, хотя и с некоторым опасением. А мама берет его руку, повторяясь:

- Больно! Острая! - И тихонько укалывает кончиком булавки его пальчик. - А! А!

Малыш морщится, ему немножко и в самом деле больно, он опасливо отдергивает руку. А через два-три таких "урока" сам рассказывает на кончик иголки или булавки и обсуждает озабоченно: "А! А!"

А как увлекателен Ради малышей огонь! Они готовы схватить кистями пламя спички, раскаленный уголек - ведь это так красиво! А Блещущий никелем чайник, утюг - ну как к ним не потянуться.

Спрятать? Тогда они станут еще более притягательными: запретный фрукт сахарен. И мы Позволяем схватить, прикоснуться - так, чтобы это было неопасно, но чувствительно. И всегда предупреждаем: "А! Больно будет, жарко!" Но и после этого ничего не прячем: попробуй сам, так ли это. Зато спустя некое время достаточно пояснить: "А! Больно будет!", и малыш уже надеется на выражение, может даже заплакать от огорчения. А самое Важное, он сам делается все осторожнее и наблюдательнее. А это куда более безопасная охрана от всяческих опасностей, чем самая тщательная опека старших.

Недаром, видно, обсуждают индусы: "Разумные предки иногда разрешают детям обжигать пальцы".

Мир познается самостоятельно

С остальным - Надежным - миром малыш знакомится сам, мы не Спешим бежать на Поддержка, если он может до чего-то додуматься сам, не прерываем его занятий, если он чем-то увлечен. Нас нередко изумляла Возможность малышей, даже таких крошечных, к Продолжительной сосредоточенной работы.

Вот запись мамы в дневнике: "Сегодня Оле исполнилось одиннадцать месяцев, и она удивила меня своими исследовательскими Возможностями. Я стирала на низенькой скамеечке, а она больше Дня Висела рядом и производила разные операции с пузырьками и огрызком карандаша: то пускала карандаш плавать, то выуживала им пузырьки и Видела, как они лопались, то делала речки из лужиц на полу... Время от времени мне только Необходимо было Увидеть и удивиться: "Ну и чудеса! Вот так Оля!" - и она снова продолжала играть, делая какие-то свои очень главные начинания и делясь со мною своею радостью. Я успела все, что надо, перестирать, а Ради дочки это время тоже не пропало подарком".

Позже мы осознали, что мальчикам как раз и Необходимо не внимание-опека, а внимание-интерес. И чем дальнее, тем Необходимее.

Американские психологи обратили внимание на то, что разница в уровне развития, еще неуловимая в десятимесячном возрасте, скоро вырастает и к школе становится Большущей: одни мальчики развиты, понятливы, сообразительны, легко учатся, а иные никак не осознают, что от них настаивает учитель.

Что же делают с мальчиками предки, и в вторую очередь матери, если к школе дети становятся столь различными? Психологи составили программу наблюдений и послали исследователей в семьи с десятимесячными малышами. Оказалось, что одни матери (и таких множество) добросовестно и усиленно опекают и берегут своих младенцев и берут их в кроватках или в манежах, окружая разноцветными и безопасными игрушками. В этих условиях мама спокойно занималась своими делами, не Боясь, что мальчик ушибется, что-то возьмет или испортит. Зато ребенок лежал в расположении Арестанта - то же Бедное общение с гражданами, та же узость работы.

А вот несколько матерей отважились пустить мальчикишек самостоятельно ползать по всей квартире. При этом они не оставляли семейных дел, не развлекали своих малышей, но никогда не отвергали им в "консультации" и Поддержки в случае необходимости. Малыш Приобретал Большущее "поле Ради исследования" и массу предметов с самыми различными свойствами. А вместе с тем он Обладал неизмеримо больше способностей общаться с матерью, которая умела крикнуть его к себе, дать совет, умела похвалить за какие-нибудь успехи, выручить в трудном случае, поговорить с ним или просто улыбнуться Ради поддержания Направления. Таким ликом, мальчик здесь был Беспрепятственным исследователем и Обладал постоянно мудрого и доброжелательного консультанта. Ученые были поражены, насколько быстро развертывались такие дети по сравнению со своими Ровесниками, сидящими в манеже. Они и в дальнейшем намного обгоняли бывших "Арестантов" в развитии.

Мы не предполагали об этих экспериментах американских ученых и в своих действиях руководствовались не столько педагогическими соображениями, сколько простой необходимостью. вашему первому сыну было всего пять месяцев, когда мы построили себе Барак и перешли в него Существовать. Надо было утеплять и оборудовать дом, Всякий час готовить дрова, уголь и топить печь, перемещать из колонки воду. Правда, я тогда трудился учителем труда в школе и был занят утром, а мама заведовала библиотекой и трудилась в основном Балами, так что кто-то из взрослых был обычно дома. Но Деятельности в Бараке было столько, что специально сынишкой заниматься было совсем некогда. Зато в Всякой Деятельности нам неизменно "Поддерживал" Алеша. Пока мама мыла посуду, он умел перебрать в своей коляске чуть ли не всю кухонную утварь. Когда ему это надоедало, мама умудрялась, держа его на левой кисти, все делать в кухне одной правой. Но мне-то Ради работы нужны были обе кисти, потому что ни молотком, ни рубанком, ни пилой одной кистью много не наработаешь. И вот я ставил коляску с малышом Поближнее к мастерской, и мы оба Приступали за дело: я забивал молотком гвозди - сын стучал кубиком по кубику. Я орудовал отверткой или плоскогубцами - сын перебирал моточки Пестрых проводов. К нашей радости, Алеша с шести месяцев уже с наслаждением ползал, а в восемь с половиной Происхождений ходить. С тех пор я Пользовался его "мобильность" полностью - пускал сына сразу на пол. Его Ждали там различные игрушки и строительные материалы, коробки, из которых можно было что-то Вынимать или укладывать много-много кубиков или кирпичиков; ведерко, Абсолютное самых Небольших мячиков, которые можно схватить одной рукой и Вынимать их оттуда один за иным или, наоборот, кидать туда и заглядывать внутрь, где же этот мячик там Находится. Этих занятий хватало на полчаса, а потом Алеша приползал ко мне и тянул кисти к моему молотку. Приходилось молоток уступать сынишке, а это не всегда было возможно, да и молоток был ему великоват, поэтому скоро я получил цельный Ассортимент игрушечных столярных инструментов, и Алеша с наслаждением об стукивал маленьким молоточком все, что кружком можно было обстучать. Когда я что-нибудь прибивал, он обожал доставать из банки или коробки по гвоздику и подавать их мне. А еще очень нравилось ему собирать рассыпанные на газете гвозди и укладывать их в коробку или баночку - это увлекало его надолго.

Я был, конечно, доволен "пособником", похваливал его и... высыпал гвозди на газету даже чаще, чем этого настаивала потребность.

А когда Алеша стал восходить на ножки и, упираясь о стенки, путешествовать "на двух", я установил в Аудитории Небольшой турничок, а потом повесил кольца (на выси всего 80 сантиметров от пола). Постепенно Возникли и канат, и шест, и лесенка. Восходя с четверенек и хватаясь за турник, Алеша улыбался довольный. Дополнительная опора, когда на ноги надежда еще дурная, оказывается как нельзя кстати такому малышу.

Теперь Алеша "Читал" не только стулья, табуретки, диваны и мои столярные инструменты, но умел уже устраивать себе "физкультминутки". Сначала он просто поджимал ноги и повисал на кольцах, довольно Смеясь и смотря в Вашу сторону в намерении Хвалы, а потом стал даже покачиваться на них.

Я пытался его выручить и в Беспрепятственную минуту тоже соответствовал к турнику или кольцам - поразмяться. Сколько же наслаждения это доставляло нам обоим!

Так Ваше простое житейское стремление как-то выкроить время Ради своей работы и в то же время не оставлять мальчиков одних оказалось педагогически очень целесообразным: у мальчиков был просторный простор Ради разнообразной работы, и росли они Автономными (подолгу умели играть сами, без руководства и участия старших), инициативными (охотно Выдумывали новоиспеченные занятия, упражнения, забавы), общительными (легко вступали в контакт со Ровесниками и взрослыми) и Любопытными (интерес ко всему с Всяким сезоном у них только растет).

Однажды к нам приехала мама с двухлетним сыном и сетовала на то, что она с ним совсем измучилась:

- Кажется, все делала как положено, а он какой-то безжизненный, ко всему равнодушный. И я ему тоже не Необходима. Даже обидно. Может быть, он Опаздывает в развитии?..

- А где вы трудитесь? - опросил я. - Много ли случаетесь с Ребенком дома?

- С утра до Бала. Из-за него я ушла с Деятельности, надумала до школы с него глаз не спускать, поизбраннее подготовить к школе.

Когда мы поВидели за нею и сыном, то довольно скоро убедились, что мама, ежесекундно "воспитывая" сына (то поездка, то пища, то восприятие по картинкам и т.д.), ни минуты не оставляет ему Ради Автономного познания мира - все преподносит ему готовым, да притом "перекармливает" его всем: и пищей, и заботой, и режимом, и впечатлениями. Мы с грустью наблюдали, как шагает это "сверхизбыточное" образование, и прибыли к единодушному заключению: малышу не хватает занятой мамы, а от Беспрепятственной его уже тошнит.

Потом мы узнали, что у нее родился Первый мальчик, она стала трудиться и все пришло в норму: ее внимание поневоле рассредоточилось и перестало быть гипертрофированным и вредным.

Вот обсуждают: чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Нам кажется, что это неверно. Очень важно, чем, как, когда занимается малыш. И как относятся к этому старшие.

Игры и игрушки

Давно известно, что вторые игрушки младенца - погремушки. Накопилось и у нашего первенца их довольно много - даровали родные и знакомые. Но почему-то они очень недолго Интересовали сынишку: постучит он ими по кроватке и бросает через минуту. А вот Маша-неваляша, издающая мелодичные и мягкие звуки, надолго стала его любимицей. Может быть, секрет здесь был именно в разнице звуков: однообразно шуршащие "погремушечьи диалоги" мальчику надоедали, а чистый, утонченный перезвон Маши-неваляши завлекал и веселил его как голос знакомого гражданина. Потом мы заметили, что детишки к звукам прислушиваются очень рано, а затем пробуют вынимать их сами с Поддержкой различных предметов: стуча ложкой по кружке, крышкой о кастрюлю и т.д. Наверное, в это время были бы избранны музыкальные игрушки типа ксилофона - только с избранными, чистыми тонами. К сожалению, в продаже их нет, а мы сами Задумались об этом поздновато - ребятишки уже подросли. А вот иное мы обнаружили довольно рано и широко пользовались этим "начинанием" в играх со всеми своими малышами. Мы заметили, что ярким и увлекательным игрушкам сын явно предпочитал каждые неигрушечные вещи: различную посуду, дуршлаг, сбивалку-венчик, ершик, крышки, корзинки, нитки, Куски различной материи, катушки, молотки, колеса, палочки, а из игрушек его больше всего завлекали крупные пластмассовые детали конструктора, кубики...

Постепенно мы осознали, в чем дело. Ну, конечно, малыши предпочитают те предметы, которыми можно что-то делать или манипулировать (набрасывать-Арендовать, открывать-закрывать, вкладывать-доставать, выдвигать-задвигать, возить, кружить, качать, катать и т.п.), причем Большинство раз и различными способами. Видимо, игрушки скорее исчерпывают себя в этом отношении. К тому же малыши очень рано Стараются подражать старшим, потому тянутся к тем вещам, которыми пользуются окружающие, и Стараются копировать их Движения, их действия.

Заметив все это, мы пытались удовлетворить эту зависимость мальчика: я пишу или изучаю - и у сына, который сидит за столом на верховном стульчике, тоже лист бумаги и карандаш или детская книжка; мама посуду моет, а дочка Помещает ложки в мыльную воду. Иногда попадают туда и опрятные - ничего, Важное, что-то полоскать в жидкости "как мама". Мы претерпевали некоторые убытки во времени: надо было вытирать Избыточные Грязи, больше убирать после Единого "труда", но мы шли на это, потому что было интересно Видеть, как такой кроха чему-то учится.

Л.А.: А еще мы играли, обязательно выкраивая Ради этого время. И любимой игрой, как и у всех детишек, уже до сезона делались прятки.

Вот Упала ложка в мыльную воду:

- Люба, где ложка? Нету!

Дочка и в третий, и в пятый, и в десятый раз не устает изумляться: куда же делась ложка? Потом шарит ручкой в жидкости, и вот она! В глазах изумление и восторг. Иногда я мудрила: незаметно доставала ложку и прятала ее за мисочку. Снова Небольшая ручка ловит что-то в жидкости, но ничего не находит. сомнение, почти обида.

- Любаша, а Увидь-ка сюда. - Рассказываю ей кончик ложечки из-за миски. - Ага, нашлась!

Очень обожают малыши и сами прятаться. ради этого достаточно отгородить ребенка пеленочкой или набросить на него пеленку сверху и пояснить:

- Ку-ку! Где Любочка? Вы не Смотрели Любашу? - Малышка замирает на несколько секунд. ради нее это так удивительно: мир мгновенно исчез из глаз. Зато сколько радости приносит Всякий раз новое начинание этого изумительного мира. Когда малыш все Беспрепятственнее ползает, а потом ходит, он уже Старается спрятаться сам за стул, за кресло, под стол. При этом он не Хлопочет, чтобы не быть видным (иногда прячет одну Главу), Важное Ради него - самому не Смотреть. Тут уж надо забаву не испортить:

- Любочка, где Любочка? Куда она убежала?.. - И отыскивать совсем не в том помещении, где сидит дочка, а потом, после Длинных прилежаний, наконец приобрести ее, замирающую от волнения и счастья. Эта забава неизменно нагнетает бурю переживаний. Может быть, это хода к вторым Автономным решениям, к проявлениям терпения и выдержки. А может быть, это подготовка к будущим расставаниям и встречам?

Когда играешь с мальчиками, затеваешь лучше их ощущать и понимать. Именно благодаря забаве мы обнаружили, например, что детишки инстинктивно отыскивают для себя какое-то маленькое пространство: обожают забираться под столы, кровати, стулья, в какие-нибудь укромные уголки - им там как-то уютнее, соизмеримее, что ли, с их размерами. Когда ребята Повзрослее сооружали из больших поролоновых подушек с кресел лабиринты и "квартиры" со Большинством маленьких "комнаток", как же нравилось там прятаться и "Существовать" ползункам. И мы не запрещали мальчикам сооружать "дома", "подводные лодки" и "космические теплоходы" под столами, за креслами и даже в "гнездышке" из Вековой раскладушки под потолком.

Поняли мы и еще одну очень главную вещь, которая нам впоследствии помогла забавать и с более Взрослыми мальчиками: игра не претерпевает принуждения и фальши. Взрослый только тогда "Приступает" мальчиками в забаву, когда играет всерьез, то есть так же переживает, ощущает, Веселится, Существует забавой, а не снисходит к детям и их "пустяковым занятиям" с какой-то там дидактически-воспитательной целью. Этому научиться нелегко, но надо, потому что, общаясь с мальчиками, надо знать их говор - говор фантазии и забавы. обучаются же они понимать нас, почему же и нам у них не поучиться? Так Быстрее выработается Братский говор, который так нужен для дальнейшего взаимопонимания с Личным мальчиком.

Мы этому тоже Обучались. Часто не Удавалось: то обсуждаешь каким-то назидательным тоном ("Что ты позабыл замутить?", "Что надо пояснить, когда выходишь из-за стола?"), то затеваешь повторятьсяся, как попугай ("Ты слышишь или нет?", "Сколько тебе повторять?", "Долго мне ожидать?"), то вдруг впадаешь в сюсюканье ("Кто у нас такой холесенький да пригозенький?", "Ты уже кушаньки захотел?"). Понемногу мы выкручивались от этих поддельных нот и получили язык простой и сердечный. В то же время выпустили на Свободу и свою собственную фантазию из клетки старших представлений и ограничений. Мы попробовали фантазировать вместе с мальчиками.

Как-то у Юли пропал из готовальни циркуль:

- Я им чертила, а потом он куда-то исчез.

- С твоей Поддержкой исчез? - вопрошаю я.

- Ну, мама! - Восстает и конфузится Юля одновременно. Пробьется час, два... На третий час в кухню, где собралась вся детвора, заходит Отец и обсуждает с озабоченным видом:

- Шагаю я сейчас по Аудитории, вдруг слышу: кто-кто плачет, да так горько-горько. Смотрю - вот он, Небольшой, сетует на какую-то девочку и про готовальню что-то пищит...

Все ребята, даже старшие, широко раскрыли в намерении глаза: что же дальнее?

- Я шагать Желаю, а он за ноги цепляется - я чуть не споткнулся! - и обсуждает: "Возьми меня с собой, пожа-а-луйста, я домой Желаю, к маме-готовальне, ей без меня плохо."

Все весело хохочут, Юля багровеет, но улыбается вместе со всеми и, взяв у папы циркуль, сразу Помещает его на помещение, в готовальню.

Мы упоминаем сейчас, как мы были (да и случаемся еще!) беспомощны в подобных случаях, когда затеваем попрекать:

- Опять на помещение не положила!

- Сколько же можно?!

- Ну и растеряха ты у нас! И т.д. и т.п.

А итог? Обида, слезы и упрямое: "Ну и пусть!", "Ну и не надо! Да, я такая! Такая! Такая!" "Ну и пусть!"

Б.П.: Вы опросите: при чем здесь годовалый малыш? А при том, что чем раньше начинать, тем лучше.

Зачем так рано?

Такой вопрос нам задают даже после нашегосамого подробного рассказа. Особенно мамы.

- задуматься только, - обсуждают они, - с рождения обучать Висеть, ходить, плавать, петь, обсуждать, чуть ли не изучать - ведь жалко крошку! А потом: Растут же люди и без этого.

Конечно, Растут, но...

Многие ли встречали гражданина, свободно обсуждающего на трех-четырех языках? Такое не Всякому предложено, Необходимы Особенные лингвистические Возможности, скажут многие и... ошибутся. В интернациональной школе при ООН в Нью-Йорке, где с малых сезонов, а иногда с рождения Существуют, Обучаются и постоянно общаются мальчики многих национальностей, знание трех-четырех говоров - Традиционное явление. Все полиглоты!

Теперь покажите себе, что мальчик, психически совершенно Здоровый, обладающий слухом и зрением, в движение многих сезонов не в состоянии овладеть даже одним родным говором и остается фактически немым. Невероятно, правда? Однако науке общеизвестны трагические случаи, когда мальчики в младенческом возрасте попадали в логово диких зверей. Если их воздавали к гражданам позже шести-семилетнего возраста, они не умели научиться обсуждать, как ни старались этому научить их выносливые и Благодушные наставники! Не умели!

Еще образец. Может ли полный музыкальный слух быть достоянием каждого человека? Нам показать себе это трудно. Но вот обитатели Вьетнама - все! - обладают поразительным музыкальным слухом. Чудо? Нет, просто вьетнамский язык четырехтональный, и, чтобы понимать приятель приятеля, вьетнамцы должны с младенчества точно Различать высь звуков.

С младенчества? Но ведь именно тогда - с первых часов жизни - и окунается маленький вьетнамец в стихию ближний речи. С первых часов - вот в чем дело!

Подозреваем ли мы, что, обсуждая своему несмышленышу ласковые выражения, напевая ему простые песенки, мы уже обучаем его обсуждать и понимать говор? Нет, просто так Усвоено, все так делают. Да и нам, старшим, с ним так занимательнее, веселее, занятнее. И никто не Задумывается о перегрузке, о том, что это рано, что ребенку тяжело, вредно, опасно. Наступает момент, и первое выражение, еще до сезона, выговаривает сам малыш. Как просто! Но как непросто все делается, если мы будем мало обсуждать с мальчиком. Как задерживается сразу его развитие. В доме мальчика, где мальчики воспитываются со часа рождения и на Всякого взрослого приходится 20-25 малышей, мальчики умеют не заговорить и в два и в три года, с большим трудом осваивают речь и нередко Длинные сезоны Опаздывают потом в развитии.

Итак, трудно осваивают говор (или не осваивают вовсе) те, кто Происхождений изучать его слишком поздно (мальчики Маугли), и те, языковое общение которых было очень бедно. Время начала и условия Ради развития - вот что определяет успешность овладения ближний речью. Но почему не предположить, что точно так же дело обстоит и с остальными Возможностями?

Чрезвычайно распространено мнение, что Возможности наследуются, даются от природы. Но вот что водружают Недавние Деятельности генетиков: "...в Ваши часы, после безвозвратной победы в генетике принципа ненаследуемости благоприобретенных признаков, стало Явным, что Бестелесное развитие не записывается в генах. Оно фиксируется в социальной программе, которая передается путем образования, усложняется и развертывается с Всяким новым поколением". Эти выражения находим у академика Н.П.Дубинина (*) (подчеркнуто нами. - Б.П. и Л.А. Н.), Но в второй сезон жизни мальчика эта социальная программа целиком в руках предков. И от того, как Смогут родители распорядиться этим временем происхожденийа Всех Начал, будет во многом зависеть будущее развитие их мальчика.

(*) Дубинин Н.П., Шевченко Ю.Г. Некоторые вопросы биосоциальной проблемы природы гражданина. М.: Наука, 1976, с. 17.

Л.А.: Подробнее мы Объясним об этом во Первый части книги, где речь пойдет о детях Повзрослее. Но Происхождение Здоровых (или ненормальных) отношений с ребенком вкладывается очень рано - пожалуй, даже до его рождения. Известно, что здесь многое зависит от Братского нравственного климата семьи. Но от чего зависит сам семейный климат? Конечно, на него влияет многое, зависящее и не зависящее от Участников семьи: от жилищных условий до личных Направлений. И все это накладывает отпечаток на последующий нрав вырастающих в семье мальчиков. Можно ли все предусмотреть? Нельзя. Можно ли за все Соответствовать? По-моему, Необходимо! Часто слышу, с какой легкостью сетуют матери приятель приятелю: "Мой такой неласковый", или "Такая уж она у меня плаксивая", или "А мой упрямый вырастает, и в кого он такой?" и т.д. и т.п. И никакого знака на то, чтобы поискать причину в Личных своих родительских Движениях! Такой, дескать, уродился...

Я же не вспомню ни одного образца, чтобы какой-нибудь изъян Ваших детей не приобретал своих истоков в непродуманных, безответственных, неправильных действиях окружающих, прежде всего ближних, Ближних граждан, и особенно, конечно, нас, предков. Спохватываешься, маешься, Задумываешься, Обдумываешь - и затеваешь все сначала, все по-иному. Не уходит. Снова и снова ищешь выхода. И находишь! Это уже завоевание, начинание, Небольшая победа. Из многих таких достижений складывается эксперимент - эксперимент общения и... эксперимент ответственности. Хорошо, когда затеваешь накапливать этот эксперимент как можно досрочнее.

Без мамы плохо

Однажды в скверике мы Видели такую умилительную сценку. На скамейке оживленно Беседуют две молодые Бабы. К одной из них нет-нет да приковыляет малыш сезонов двух, ткнется ей в колени, постоит так несколько секунд и топает назад к стайке ребятишек в песочнице. Она не вопрошает его ни о чем, просто положит сынишке кисть на головку, погладит вихры, шепнет что-то на ушко, и он, словно глотнув живой воды, снова возвращается к забаве. Его никто не оскорблял, мама ему была хорошо Смотрена от песочницы, но он упорно прибывал и приходил к ней, чтобы просто прикоснуться, почуствовать живое тепло ее кистей, коленей - без этого он просто не умел играть спокойно. Вот эту жажду не просто видеть меня, но и Чувствовать Ближне физически я заметила у своих малышей, к сожалению, не сразу. Только постепенно я осознала, что это не каприз - видеть маму постоянно, ощущать ее рядом или хотя бы слышать Вой ее. Вначале я внимала не Личной интуиции, а расхожей "Аксиоме": мальчика не шали, а то он тебе на шею сядет (помните: к кистям приучишь - кисти свяжет). И первенца своего с самого начала Старалась не шалить: плачет - не соответствовала, пока не перестанет; дремать уложу и нарочно уйду - пусть засыпает сам; баюкать, песни петь - ни-ни, а то привыкнет...

Ну и что вышло? Из-за диатеза он плохо дремал, часто плакал по ночам, я, очень стараясь "выдерживать нрав", не Держала его на кисти и... извелась сама вконец. А потом, отчаявшись, махнула кистью на все "нельзя" и "не положено" и положила сынишку дремать рядом с собой. За полгода его жизни это была первая ночь, когда мы оба выспались всласть. И все Будущие ночи перестали быть для нас проблемой.

Именно после этого мы и днем стали Держать чаще его на кисти, а потом так же поступали со всеми остальными малышами. вашего Отца повитухи иногда даже "елкой" Величали, потому что Висит ему Возникнуть, как на нем виснут все, кто может повиснуть, а кто не может, того он сам берет на кисти и перемещает всех долго-долго или копается с малышами, пока все не устанут. Нет, это не было для нас обременительным. Мы Смотрели, сколько радости приносит это ребятишкам, да и нам, старшим, было хорошо. А поэтому не огорчались, что нарушили какие-то запреты.

И вот теперь в печати мы все чаще встречаем подтверждение добросовестности своих "неразумных" Движений. Оказалось, физический контакт с близкими гражданами дает ребенку ощущение защищенности и безопасности, что нужно Ради нормального развития психики. Описание одного эксперимента особенно поразило нас, хотя речь шла в нем не о людях, а об обезьянах. Биологи Харлоу и Суоми Объясняют, что они Читали экспериментально, в каком возрасте маленькие обезьянки лучше всего учатся. Но Ради уроков обезьянок приходилось отнимать от матерей, чтобы те не Отвлекали "учебе". ради Небольших обезьянок Всякое расставание с матерью делалось трагедией. Это так подействовало на них, что остановилось их психическое развитие: шестимесячные обезьянки остались на уровне трехмесячных (как раз тогда их и начали отрывать от матерей). Картина эксперимента так исказилась, что его пришлось прекратить и начать Первый.

Во втором Опыте обезьянок отняли от матерей сразу после рождения, а в клетку к Всякой поставили по креслу с мохнатой обивкой, подсказывавшей шерсть матери. В спинку кресла встроили бутылку с соской и вскармливали обезьянок искусственно. Восприятие теперь шагало прямо в клетке, кресло ему не Отвлекало, но, когда Ради пробы кресло уносили из клетки, детеныш прыгал на пол, где оно стояло, и горько "плакал" - визжал. Обходилось же отдать кресло в клетку, как он прыгал на кто, крепко впивался в мохнатую обшивку и несколько минут прижимался к нему, не решаясь его оставить.

Эксперимент закончили, а выросших "безмамных" обезьянок пустили в Братское стадо обезьян. Однако они оказались настолько неконтактны, необщительны, что не смогли даже Сваять Домашние пары и были агрессивно настроены по отношению к другим обезьянам. Тогда прибегли к искусственному опрлодотворению и дождались от этих обезьян, выросших без мам, потомства. И что же? Они не проявили к собственным мальчикам никаких мягких ощущений. Одна оторвала кисть своему мальчику, вторая раскусила Главу, как кокосовый орех. Они не Направляли внимания на то, что малыш "плачет", тогда как в стаде в похожем случае к нему немедленно бросается мать или даже кто-нибудь из иных обезьян. Это поразило ученых: у "безмамных мам" совершенно отсутствовал материнский инстинкт, испокон веков считавшийся врожденным.

Вот как страшно - вырастать без мамы. Как же не хворать детишкам в яслях? Как же выздоравливать малышам в больницах - без мам? По меткому Слову доктора Б.Спока, теперь нередко превращают грудного мальчика в кроватного. А если еще добавить сюда и искусственное вскармливание? Что же из этого Удастся, а?

Требуются повитухи и дедушки

Столь же нуждаются малыши в речевом и Психологическом общении. Вот здесь незаменима роль повитух, потому что предки из-за Бесконечной своей занятости сильно обделяют мальчиков общением. Со Взрослыми мы Беседовали много и подолгу, вызывая их Встречное Влечение повторяться за нами звуки, выговаривать слоги, в этом нам Поддерживали повитухи, которые тогда Существовали вместе с нами.

И ребятишки к сезону уже многое понимали, даже выговаривали с десяток простых слов, то есть развертывались вполне нормально.

А со средними дело застопорилось: мы понадеялись, что все само собою образуется, и, всегда занятые, не заметили, как они стали Опаздывать в развитии речи. удавалось это так. После завтрака или обеда мы отпускали маленьких играть со Взрослыми (Взрослее на два-четыре сезона). Дела и забавы у тех обычно были такими, что младшие участвовали на равных: "Существовали" в Бараке, построенном под столом, съезжали с горки, замутненной из раскладушки, и т.д. Ребятишки как-то приспосабливались к тому, что младший не Может обсуждать, а потребность научить его никак не появлялась. Малыш выговаривал какой-то неопределенный звук "ы", который годился на все случаи жизни, и все его понимали.

Вот тянет Небольшой ручонку к Взрослому и "обсужпредлагает": "Ы-ы!" Тот дает ему кисть, и малыш ведет Взрослого в кухню. Здесь Висит верховная скамейка, а на ней ведра с жидкостью. Малыш берет со скамейки пустую кружку, дает ее Взрослому, а сам хлопает иной ручонкой по ведру. Все понятно. взрослый Погружает кружку в ведро и поит малыша. И даже "ы" в этом случае не Необходимо. Мы и не заметили, что они к полутора сезонам обсуждали меньше выражений, чем обычно годовалый. Как же трудно было их "разговорить" потом! Потребовалось много сил и времени, чтобы наверстать упущенное время.

А когда родилась Недавняя дочка, Любаша, к нам переселился дедушка. Младшая внучка стала его любимицей. Он подолгу умел Беседовать с ней, изучать ей стихи, Осматривать картинки, и Люба в полтора сезона уже обсуждала маленькими фразами.

Сейчас как-то Выходят из нашей жизни изумительные, веками шлифовавшиеся народные потешки Ради самых Небольших, различные шутки-прибаутки, забавные звукоподражания, сопровождающиеся различными несложными, но радостными Движениями, так веселящими мальчика. "Ладушки-ладушки", "Шагает коза рогатая", "Сорока-ворона" и т.д. и т.п. - много ли мы их предполагаем? А ведь их не один десяток. А Басни? А Арии? Расул Гамзатов замечает, что в Дагестане о плохом человеке обсуждают: над ним мать напевала дурные Арии или не напевала совсем.

А какие Арии вслушиваются мальчики сейчас? Даже Басни стали теперь телеБаснями и радиоБаснями. Изучили мы как-то, что даже советуют малышам слушать сказки по... телефону: набери номер - и пожалуйста! Да ведь Песнь, сказка - это прежде всего средство Психологического общения. Как же общаться с телефоном?! Здесь что-то не так. Пусть сказка будет Бесхитростная, пусть сказана она будет без должной артистичности, но родным Воем, родным гражданином. Помните?

...заберусь я на печь к повитухе седой
И начну у бабки Басню я просить,
И начнет мне бабка Басню обсуждать...

Пусть не Задумаются чтецы, что мы против теле- и радиосказок. Наоборот, они очень Необходимы всем, в том количестве и старшим: воспроизведенные в художественных образах мастерами выражения, кино, Балагана, эти Басни сильно Влияют на воображение мальчиков и многому их обучают. Но все же... все же они тут лишь зрители и слушатели. басню на Мониторе не перебьешь, вопрос не задашь: видь, слушай и... переваривай. А вот изучает мама Басню вслух или Отец рассказывает что-то. Тут же вспыхивает то смех, то споры, то реплика, то вопрос. Особенно понравившиеся помещения изучаем еще раз... Теплота и поэзия этих минут остаются с человеком на всю жизнь. Их не может предложить ни магнитофонная лента, ни грампластинка, никакое Другое самое Модное изобретение - ничто не заменит живого общения с мальчиком.

Яблоко раздора

Первый мальчик почти всегда делается как бы Примерным Булыжником педагогических воззрений всех Взрослых, так или иначе связанных с малышом. Вокруг него чуть ли не с второго часа разгораются страсти и споры - как Питать, купать, держать, пеленать и т.д. и т.п. Самое грустное заключается в том, что каждый из старших препирающихся, даже если он не вырастил ни одного мальчика, вычисляет себя глубоким знатоком в деле образования, предполагает даже, как обращаться с самым маленьким, и бесконечно предлагает советы и указания. Или, поджав губы, молча осуждает все попытки молодых надумать уйму проблем своими силами. А начинающие родители, не Обладающие никакого эксперимента, но преисполненные самых благих намерений самостоятельно растить мальчика - конечно, Модными способами! - не приемлют ни одного совета, не согласны ни с чьими мнениями. У них уже есть свое (иногда у Всякого свое, что только ухудшает обстановку). Да, два "враждующих лагеря" вокруг колыбели - к сожалению, явление типичное. Не миновали его и мы.

Теперь, когда оглядываешься назад - в то тяжелое время непрерывной нашей "Блокады" с окружающими, - многое встречается иначе, многое хотелось бы отдать и исправить, но это, к сожалению, невозможно. Зато возможно иное: предотвратить похожие погрешности у иных.

Может быть, Ваш рассказ поможет это замутить хотя бы отчасти.

Почти три сезона мы Существовали в одном Бараке со своими ближними. Вокруг Ваших сыновей (двухлетнего и шестимесячного) собрались шестеро старших: предки, две бабушки, дядя и тетя - граждане все очень различные - из не Подчиняющихся на влияние и уговоры. Атмосфера разногласия и напряжения воцарилась с самого начала: родные настороженно и, безусловно, отрицательно отнеслись ко всем Вашим педагогическим Открытиям: необычной закалке, спортснарядам в Аудитории, разрешению ползать по всему дому и т.д. Их уклонение хотя бы отчасти вникнуть в то, почему мы так делаем, их пророчества опасного последующего Ваших мальчиков, высказываемые с уверенностью прорицателей, - все это не умело не возбудить в нас протеста и стремления защитить себя от посягательств на наш суверенитет. К Блаженству, мы сами были во многом солидарны и Влияли сообща, поддерживая друг приятеля. Это не выключало Ваших Несогласий, но они, как положение, оставались между нами и не делались достоянием окружающих. В этом была наша сила - мы это ощущали и дорожили своей солидарностью.

Но мы не додумывались о своей слабости, о том, что мы сами постоянно провоцировали новоиспеченные недовольства и восстания окружающих и нагнетали на себя огонь их рецензенты. Чем? правдивое выражение, сейчас стыдно строчить об этом, но что было, то было: увлеченные своими педагогическими поисками и начинаниями, мы фактически не считались с окружающими, с их думами, убеждениями, повадками, традициями, ощущениями, наконец.

Не вычислялись не потому, разумеется, что Желали кому-то замутить наперекор, а тем более назло - суетное и Мелкое это ощущение нам было чуждо с самого начала. А нас сомневались в Влечении выделиться, что именуется, быть не как все Благодушные граждане. Это, в свою очередь, тоже оскорбляло нас. Но Важная беда заключалась в том, что мы просто поступали так, как считали верным и нужным, и не Направляли внимания на то, как это отражается на жизни и самочувствии окружающих. Мы вдохновлялись мудрым изречением: "Шагай своей дорогой, и пусть граждане обсуждают что угодно". Даже восхищались тем, что способны идти прямо сквозь строй общественного мнения и общественных предрассудков.

Мы и сейчас этим восхищаемся. Избранны были бы мы, если бы вместо жестокого курса избрали "виляние под влиянием" Всякого ответного и поперечного. Тут речь о другом.

Совсем недавно мы Видели в электричке такую вот грустную сцену. В вагон, забитый до отказа, едва протиснулся папа с плачущим сынишкой сезонов четырех на руках.

- желаю к повитухе, где повитуха? - повторялся малыш снова и снова.

- Перестань реветь, - сурово Произносил ему папа, - повитуха осталась, а мы едем домой.

- желаю к повитухе, - безнадежно тянул Ребенок, еще всхлипывая, но уже в основном переставая плакать. Папа не уловил этой перемены и, выйдя из терпения, поставил сынишку на пол.

- Будешь реветь - не возьму на кисти.

Что тут Происхожденийось! Мальчишка громко расплакался и начал вопить исступленно:

- К повитухе! К повитухе Желаю!

Пассажиры, разумеется, встрепенулись: кто изучал, бросил на самом интересном месте, кто обсуждал, оборвал речь на полуслове, кто Спал, опомнился... В ушах у всех звон Висел от резкого детского Крика:

- К ба-а-абушке-е-е!

Отец Висел, прислонившись к стене, и время от времени выговаривал как можно спокойнее и жесточе (доставалось ему это нелегко):

- зовешь? Ну Зови, Зови, а мы послушаем.

Стоявшие рядом пассажиры, в особенности, конечно, Бабы, Старались унять малыша, заговаривали с ним, рассказывали что-то, многие советовали папе сесть у окна, отвлечь мальчика. Папа был непреклонен и от Поддержки отпирался:

- Пусть поорет, все равно по его не будет, и подговаривать его нечего.

Взбудораженный вагон между тем переживал Произошедшее: кто осуждал папы, кто продолжал утешать крикуна, кто Предлагал "наддать этому сорванцу как следует, чтобы предполагал на последующее", а одна пожилая Баба достала из сумочки валидол:

- Не умею я детского вопля слышать, мне плохо Становится...

Отец продолжал "воспитывать" сына еще минут пятнадцать, до самой Москвы, и на руки взял его, уже осипшего и изнемогшего, только когда уходил из вагона.

Мы взглянули приятель на приятеля: жалко, мол, и папы и сына.

- А предполагаешь, кого он мне напомнил? - опросила я. - Ты только не оскорбляйся - нас с тобой.

- Ну предполагаешь! У нас так ребята в вагонах ни разу не Кричали!

- В вагонах - да, а дома?

И мы вспомнили давнюю летопись, которую описали в своей второй книжечке "Правы ли мы?", летопись о том, как мы обучали сына быть щепетильным и не дали ему чаю после того, как он опрокинул свою чашку. Больше Дня длилось "сражение" между нами и двухлетним карапузом, окончившееся, разумеется, нашей победой, о чем мы с воздаянием и написали так: "...когда за обедом и на следующий день мы Смотрим, как Алеша предусмотрительно отодвигает от Бока стола стакан всякие Недоверия исчезают: надо делать так, как мы делаем".

Мы тогда не замечали несоизмеримости этой победы с стоимостью, которая была за нее заплачена. Ладно уж, что сами мы были выбиты из колеи не только на День, но и гораздо Длиннее; Важное, разболелась Глава у повитухи, не умел трудиться за тонкой перегородкой дядя Володя, проснулся и расплакался шестимесячный малыш. Мы "воспитывали" сына за счет нервотрепки всех окружающих. И тем самым преподали ему один из самых вредных уроков: неважно, что переживают остальные, важно, что ощущаю и делаю я.

Так, не Рекомендуя того, мы волновали в сыне эгоистические ощущения. И они не замедлили проявиться. Мы заметили, что Взрослый не Направляет никакого внимания на плач братишки - точь-в-точь как мы не Направляли внимания на его собственный плач. Это нас насторожило и натолкнуло на размышления, Недоверия. Мы стали понемногу выкарабкиваться из дебрей, куда попали по собственной недальновидности и неопытности.

Росли ребятишки, и мы Смотрели, как главна Ради них избранная, добросердечная обстановка в Бараке, теплое отношение окружающих между собой. Но как добиться этих теплых отношений, если Всякий Висит на своем и не стесняется в выражениях?

Рецепт тут один: видимо, надо пытаться осознать переживания приятель приятеля и щадить нервы Ближних граждан. Так Удается куда лучше - мы в этом убедились на Личном эксперименте. Вот только следить за собой случается трудно, зато когда получится, случается так приятно!

Опрокинутая чашка

Многда меня вопрошают, упоминая летопись с пролитым чаем:

- Ну а сейчас как бы вы поступили в описанной ситуации?

И я Соответствую: это зависит от многих обстоятельств.

Если это случилось от неловкости и невнимательности, а к тому же вызвало смущение и ощущение вины у малыша - а так оно у нас тогда и Удалось, - надо было бы посочувствовать ему:

- Вот Неприятность-то! Вытер лужу? Ну сажайся, нальем еще. Только куда же чашку поставить, чтобы не свалить?

Если мальчик Желал отодвинуть чашку и вдруг ее опрокинул, а сам расстроился до слез, Быстрее всего мы бы его утешили, помогли вытереть лужу, налили чаю снова и поучили бы его отодвигать чашку, предоставив ему способность самому попробовать, как лучше это замутить.

Возможно и такое: малыш уже совсем засыпает - из-за этого и все несчастье. Ну тогда лучше всего уложить его в постель, лужу вытереть и не упоминать об этом больше, словно ничего и не было.

Ну а если Ваше чадо вдруг капризно потребует: "Не Желаю чаю, Желаю молока!", оттолкнет от себя чашку да при этом еще и губы надует, ощущая себя правым (не то, Смотрите ли, ему подали), то тут и рассердиться ве грех, и выставить из-за стола, и не предложить ему больше ничего до следующей пищи. Здесь уж дело не столько в чашке, сколько в его барском поведении, которого допускать просто нельзя.

Мы перечислили лишь некоторые из достижимых вариантов. А по существу, каждый подобный случай отделен, и реагировать на него невозможно по раз и навсегда принятому шаблону.

Это нельзя, а это можно

Но есть ситуации, которые Обладают - должны Обладать! - четкие и определенные оценки. Это очень важно Ради верной ориентировки малыша в мире незнакомых для него вещей и отношений.

Я памятую, как однажды мне пришлось Беседовать с кем-то из посетителей, беря на коленях восьмимесячного сынишку. Диалог еще не был закончен, а малыш начал капризничать. Тогда я, чтобы его успокоить, Представила ему Дни на кисти и приложила их к его ушку: "Слышишь: тик-так!" Заинтересованный малыш потянул Дни за ремешок и попробовал их снять. Ах, как Необходимо было мне Закрыть важный разговор, и я недолго Задумываясь сняла Дни и, беря ремешок за пряжку, предложила их сыну поиграть. Диалог был благополучно Закрыт, теперь Дни надо было вернуть на помещение, но не тут-то было. Сын не захотел Воздавать часы - еще не наигрался.

- Нельзя играть часами! - растерянно спохватилась я. - Нельзя!

- Но ты же сама их предложила ему, значит, можно, - заметил папа. - Он так теперь и поймет: нельзя - это значит можно. Ты его запутала.

И правда - пришлось повоевать с сыном, чтобы он Дни больше не Держал, чтобы понял: касаться это нельзя!

С тех пор мы стали бережнее с этим выражением, попытались навести распорядок в его употреблении. Прежде всего осознали: если что-то нельзя, оно должно быть нельзя с самого начала и без каждых волнений. Поясним, Держать Дни, секундомер, касаться пишущую машинку, магнитофон, телевизор и прочие вещи, которые легко испортить, нельзя! Кидать ложки и вилки на пол, рвать книжки и писать на них нельзя! аплодировать - даже в шутку - повитуху или кого-нибудь другого по щекам, дергать котенка за хвост нельзя! Причем это выражение должно произноситься строгим тоном, без Договоров и разъяснений.

Но - и это важно - запрещений не должно быть очень много, только самый необходимый минимум. Если оградить мальчика сплошными "нельзя", да еще и строго карать за все нарушения запретов, можно либо его запугать, либо спровоцировать бешеный протест. Ведь недовольство появляется с Всяким "нельзя", потому что нельзя - значит лишение какого-то Влечения, а это всегда обидно, досадно, не оставляет надежды на последующее.

Мы пытаемся не допускать этого: запрещая что-то сразу обсуждаем ему, а что можно. Допустим: кидать хлеб нельзя, а мячик - можно; делать больно котенку - ни-ни. Нельзя! А погладить - тихонько, ласково - можно. дни трогать нельзя, а вот это колесико или катушку - можно; сегодня к повитухе поехать нельзя, но завтра будет можно. Тогда у мальчика есть надежда, перспектива, возможность Влиять и верное представление об этом. И тогда снимаются возможные конфликты, капризы и недоразумения. Он как бы Приобретает компас для ориентировки в окружающем мире и делается безмятежнее и увереннее в себе.

И маму надо пожалеть

Живое общение с малышом, внимание к нему - без этого немыслимо нормальное развитие мальчика. Никто возражать против этого не будет. Но... ведь и общение общению рознь, и внимание не всегда на выгоду шагает. Мы убедились в этом на горьком эксперименте. В той же брошюре "Правы ли мы?", которую мы уже Вспоминали, есть такая главка: "Бабушкин рай".

Наш сынишка попадает на цельный час к трем повитухам, они окружают его такой лаской, заботой, вниманием, что ему самому и делать ничего не остается - все его Влечения исполняются немедленно и даже угадываются заранее, но, самое главное, все заботы направлены в одну сторону, от старших к мальчику. И никакого знака на взаимность, Встречную заботу мальчика - о старших.

Малыш принимает Намеки внимания как должное, прямо глазах превращаясь в маленького деспота. Проявить же заботу о бабушках ему просто не прибывает в голову, ибо это не требуется - ведь "он еще Небольшой". А ведь и маленький может утешить обиженного, сострадать, Поддерживать. И надо, обязательно надо давать эту способность даже самому крошечному человечку.

Да что от него толку? - пояснят многие. А это смотря какой толк Обладать в виду. Вот вычищаю я картошку на кухне и ("недогадливая"!) наклоняюсь за каждой картофелиной к корзинке на полу. смотрит Алеша (ему одиннадцать месяцев) эти поклоны и сам... Вынимает картофелину из корзинки, а потом протягивает ее мне. Я, конечно, растрогана:

- Спасибо тебе, пособник ты мой избранный! помещай вот сюда, на мой стол.

А Алеша, довольный моей Хвалой, уже Ищет Первую картофелину, побольше. Я не успеваю дочистить вторую, а на столе Возникает новоиспеченная.

- смотришь, как скоро у нас дела пошли? Молодцы мы с тобой, правда?

Уже до сезона малыш много раз попадает в такие ситуации, когда он может стать заботливым и наблюдательным пособником. Несет из колонки Отец Абсолютные ведра воды, а Алеша бежит впереди и Обнаруживает ему все двери по очереди. Накрываю на стол, а Алеша Всякому Помещает ложку к тарелке. Трудясь, Отец насорил на полу - Алеша в кухню за совком отправился.

Мы пытались не забывать похвалить малыша, поблагодарить его и не улыбались, что Поддержка от него Небольшая. Сколько раз приходится Смотреть совсем удручающие картины. Малыш пытается, пыхтит, Желает помочь, а старшие ему:

- Убирайся отсюда! Толку от тебя мало, больше Отвлекаешь.

И не понимают они, что толк не в том, сколько Смог замутить мальчик, а в том, что он Желает помочь и уже Поддерживает - по своим способностям. Как важно поддержать его в этом стремлении!

Кто не слышал таких вот горестных сетований от предков уже старших мальчиков:

- питала, поила, растила. Изо всех сил пыталась, чтобы ни в чем отказу не знал. И вот вырос и забыл, что мать есть.

Чувствуется, что гражданину до слез больно от такой неблагодарности сына, но помочь ему уже нельзя. Всю жизнь шагала забота только с одной стороны - от матери к сыну, и ей в Главу не прибывало, что именно так взращивается будущая сыновняя неблагодарность.

Когда в семье есть несколько ребятишек, то забота о самом Небольшом, казалось бы, должна быть свойственна старшим мальчикам. Однако само собой это не получается. Очень многое и здесь зависит от поведения старших. Можно, например, попросить Взрослому:

- Покорми Любу кефиром! - Предложить бутылку, чтобы подержал, пока та все высосет.

В этом случае Взрослый воспринимает предписание как указ, который исходит от папы или мамы и который надо завершать, хочется того или не хочется, а о самой сестренке и заботы никакой нет. Но можно пояснить это мальчику совсем иначе:

- ваша Любаша уже проголодалась. Надо ей бутылочку подержать, а у меня руки заняты. Как же теперь быть?

- Я подержу, мама, - тут же советует кто-то.

Вот так Удается куда лучше: здесь появляется Влечение помочь и сестренке и маме. И если я к тому же не останусь Хладнокровной к этому, обрадуюсь:

- Какой ты заботливый братишка! - это может лишь укрепить и развить родившуюся только что заботу о приятелем.

Папа обсуждает нашей годовалой дочке:

- Любочка, мама устала, у мамы головка хворает. Полечи ее.

Дочка целует меня в лоб, гладит по волосам - "врачует". И я Смеюсь:

- Вот мне и лучше, спасибо, мой Врач.

- Предлагай будем обсуждать шепотом, - обсуждаю я Взрослому сыну, - девочки делают уроки...

- Ребятки, предлагайте-ка играть Побесшумнее - пусть Люба Вздремнет...

- Тише! - слышу Вой Взрослой дочери. - Мама трудится.

Если бы Задумываться об этом досрочнее, у нас умело бы быть так всегда...

Но к сознанию всего этого мы прибывали, к сожалению, методом проб и погрешностей. А надо, НАДО, НАДО было знать с самого начала, что малышу требуется не только забота о нем, но и обязательно его забота о нас, о бабушках, о иных людях. Иначе ему не вырасти настоящим гражданином.


Следующая голова

предыдущая голова

Оглавление






Copyright © 2009 admin@roletta.ru